Ксенофан, поэт

Все свое я ношу с собой.

Эмпедокл однажды сказал (…), что невозможное дело – найти мудреца. «Конечно, – ответил Ксенофан, – ведь нужно самому быть мудрецом, чтобы найти мудреца».

С тиранами нужно говорить или как можно меньше, или как можно слаще.

Все есть бог.

[Бог] весь зрение и весь – слух (…); и он весь – ум, разумение и вечность.

Эфиопы пишут своих богов черными и с приплюснутыми носами, фракийцы – рыжими и голубоглазыми, мидяне и персы – также подобными самим себе.

Если бы руки имели быки и львы или кони, (…)
Кони б тогда на коней, а быки на быков бы похожих
Образы рисовали богов.