Лидия ЧУКОВСКАЯ (1907–1996), дочь К. И. Чуковского

Застенок желал оставаться и всевластным и несуществующим зараз; он был рядом, рукой подать, а в то же время его как бы и не было.

Мои записи эпохи террора примечательны, между прочим, тем, что в них воспроизводятся полностью одни только сны. Реальность моему описанию не поддавалась.

Существует магия открытого слова. Знать про себя, среди молчания, всеобщего и своего, и вдруг услышать громко высказанным то, о чем молчишь, – это ошеломляет уже само по себе.