Мария АРБАТОВА, писательница и журналистка

Телевидение принадлежит народу. Так ему и надо.

Пожилая дама: – Ой, как вы на Арбатову похожи. –Да вроде это я. – Да что вы, девушка, она вам по уму и возрасту в матери годится.

Как говорила одна журналистка: «Если четвертый муж бьет вас по морде, то дело не в муже, а в морде».

У меня три эрогенные зоны – мои дети, мужчины и права человека.

Большинство женщин, просто проведя с мужчиной нормальную ночь, чувствуют себя виноватыми: тут же начинают искать, что они там по дому недоскребли или что у ребенка осталось незашитымнезаштопанным.

Моя приятельница рассказывает: – Раньше я думала, что Вася такой большой, а мир такой маленький. Оказалось, наоборот.

То, что не женятся круглые сутки, вовсе не значит, что на самом деле живут поодиночке.

Когда мне мужчины говорят: «Я прошел армию… Афганистан… Чечню…» – я отвечаю: всякая женщина, которая родила в совке, прошла разом и Афган, и Чечню.

Кто-то сказал, что феминизм состоит не в том, чтобы говорить мужчинам, что женщины такие же люди, как они, а в том, чтобы говорить женщинам, что они такие же люди, как мужчины.

Феминизм пугает, потому что больше всего человек боится свободы и не знает, что с ней делать.

Одна женщина сказала мне: «Я смотрю ваши передачи и думаю: что же такое феминистки? И теперь поняла – это женщины, которые слишком много хотят».

Я первой назвала себя феминисткой в прессе.