Восточная поэзия

0 живущий в плену четырех стихий и семи планет!
Ты - игралище их, ты влачишь ярмо вереницы лет.
Пей вино! Ведь я тысячу раз тебе повторял:
Коль уйдешь, то уйдешь навсегда - и возврата нет!

Ты, мудрец, не слушай люда, что покорствовать небу велят.
Утешайся чистым вином, пусть красавицы радуют взгляд!
Приходившие в этот мир все ушли - один за другим.
И никто не видел нигде возвратившегося назад.

Смилуйся, боже, над сердцем моим, плененным земной суетой!
Смилуйся над многострадальной моей жизнью, тоской и тщетой!
Ноги прости мои! Это они в майхану уносят меня!
Смилуйся и над моею рукой, что тянется за пиалой!

В обители о двух дверях, чем, смертный, ты обогащен?
Ты, сердце в муках истерзав, на расставанье обречен.
Поистине блажен лишь тот, кто в этот мир не приходил.
Блажен, кто матерью земной для жизни вовсе не рожден.

Не будь беспечен на распутьях дней
И знай: судьба - разбойника страшней.
Судьба тебя халвою угощает, -
Не ешь: смертельный яд в халве у ней!

Зачем растить побег тоски и сожаленья?
Читай и изучай лишь книгу наслажденья.
Ты пей, и все свои желанья исполняй!
Ты знаешь сам давно, что жизнь - одно мгновенье.

Чуть утром голубым блеснет просвет окна,
Кристальный мой фиал налейте дополна.
Ведь люди говорят, что истина горька,
Не скрыта ль истина и в горечи вина?

Где б ни алел тюльпан и роза ни цвела,
Там прежде кровь царей земля в себя впала,
И где бы на земле ни выросла фиалка,
Знай - родинкой она красавицы была.

Открой мне, боже, дверь твоих щедрот,
Дай хлеб и все, чем дольний прах живет,
И до беспамятства мне дай упиться,
Чтоб никаких не ведал я забот.

Во сне сказал мне пир: "Покинь свою кровать,
Ведь розу радости нельзя во сне сорвать.
Ты, лежебок, все спишь, а сон подобен смерти.
Встань! Ведь потом века тебе придется спать!"

Ты бери свою долю из круговорота времен
Восседай на престоле веселья, вином опьянев.
Нет заботы аллаху - покорны мы иль непокорны,
Здесь возьми свое счастье; вот смертных извечный закон.

Хайям, если ты вином опьянен, благодарствуй судьбе,
Если с возлюбленной уединен, - благодарствуй судьбе
Конец, истребленье - явлений всех завершенье,
Пока ты смертью не истреблен, - благодарствуй судьбе,

Кувшин мой был прежде влюбленным, все муки мои он познал
Кудрей завитками плененный, как я, от любви изнывал
А ручка на шее кувшина - наверно, когда-то была
Рукою, которою шею возлюбленной он обнимал.

Те трое - в глупости своей неимоверной -
Себя светилами познанья чтут наверно.
Ты с ними будь ослом. Для этих трех ослов
Кто вовсе не осел - тот, стало быть, неверный.

Лучше уж выпить глоток вина, чем царство завоевать!
Мудрый, всего, что не есть вино, старайся здесь избегать,
Чаша одна превыше в сто раз, чем Фаридунов престол,
Не захочу я винный кувшин на венец Хосрова сменять.